old_greeb (old_greeb) wrote,
old_greeb
old_greeb

Совершенно ламерское

Недавно в одном очень интересном разговоре с умным и горячим собеседником зашел у меня спор о писателе Паустовском - точнее, о его деятельности издательской и общественной. Не очень важно, на какую тему, но мне захотелось "освежить в памяти", и я нашел вот такие воспоминания:

"Литературная Москва" и "Тарусские страницы"

О "Литературной Москве" здесь только упоминание, но много о "Тарусских страницах" и кое-что о Паустовском. Несколько цитат навскидку:



Главным редактором, создателем, что называется, душой его [сборника "Тарусские страницы"] был Константин Георгиевич Паустовский, никому не прощавший предательства, трусости, соглашательства. Порой издевавшийся над стукачами открыто: однажды он тихо, но так, чтобы окружающие слышали, как бы спросил прозаика Льва Никулина: "Каин, где Авель? Никулин, где Бабель?"

"Тарусские страницы" были не просто книгой с березками на суперобложке. "Литературную Москву" запретили. "Тарусские страницы" стали контратакой Паустовского, прорывом новой цензурной блокады.

Сборник был задуман осенью 58-го года в Доме творчества в Ялте, когда Константин Паустовский понял, что бездействие — смерти подобно... Нельзя сказать, что раньше он этого не понимал. Но тут уж допекло.
-------------

К. Паустовский вернул советскому читателю Ивана Бунина, которого, после его эмиграции, практически не знали. До нас доходили лишь тощенькие книжонки, выходившие время от времени, чтобы иллюстрировать нищету деревни — в царское время! — или трагедию личности в "Человеке из Сан-Франциско", вот и все. Иные думали, что двумя-тремя рассказами он и исчерпывается.

В очерке Паустовского впервые предстает перед нами Бунин-человек и Бунин-писатель.

Значение этого очерка огромно. Он вышел в 61-м году; отворачиваться от Бунина отныне стало непристойно — даже для чиновников; и то потребовалось еще 5-7 лет, чтобы девятитомное собрание сочинений Бунина наконец пробилось на книжные прилавки.
----------------------------------------

Паустовский опубликовал здесь и прекрасный очерк о Юрии Карловиче Олеше, и даже те, кто не видел Олешу, сразу начинали ощущать его как своего давнего знакомого — этого неугомонного человека, немного старомодного, похожего на мудрую птицу.


Очень много о самом сборнике, о его авторах. Я ж читал его в свои четырнадцать лет, и многое запомнилось так, как запоминается только в этом возрасте - будто знал всегда. Даже не сразу вспоминалось, где прочел.

Но я вот к чему: как мне понять, кто этот пишет? Да, я в гугле забаненный, но уж простите старого дебила - подскажите, кто что может.
Tags: В гугле забанили, буквы помню
Subscribe

  • Шило в мешке

    Интеллигенты эти ваши братья Стругацкие, скажу я вам. А если вы меня спросите, как в Одессе спрашивают, "чем это видно?", так я вам напомню. В…

  • Глухота - источник лулзов

    Еду в метро и слышу: - Граждане, уступайте места инвалидам, живым людям, пассажирам с детьми и беременным женщинам. Задумался, кто же разъезжает на…

  • Подсмотрено

    Автор, которого цитирует владелица чудесного музея на дому lilac2012, пишет, что при резком повороте влево римские колесницы наклонялись…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments