?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: еда

Лытдыбр с Тувимом

"...Петрушку и свёклу.
Ох! .. "

Вот и я тоже на базар сходил, купил овощей, в частности, [петрушку]20191010_170743. И даже ножик взял, как через строфу сказано. Да призадумался.

Грузовик с пряниками

Он вчера перевернулся на кошкиной улице. Этот склеротик ушел в магазин, оставил на столе открытую коробку с едой и дверь не закрыл в кухню!
Девушка спала полдня, весь вечер, всю ночь (переместившись только из своего угла на мою койку), вот только к полудню пришла погладиться. Жрать не просит до сих пор.
Счастье и покой.
У настоящего, кондового граммар-наци должен иметься свой тщательно скрываемый граммар-жид (термин принадлежит yulkar) или граммар-жидизм. Пришла пора рассказать про мой.
Так вот: мне не хватает (надеюсь, естественная эволюция языка решит вопрос) притяжательных местоимений третьего лица. Какого, собственно, органа вместо нормальных, склоняемых, изменяемых по числам прилагательноподобных мой, ваш, наш, твой мы должны использовать неуклюжие и неизменяемые формы родительного падежа местоимений? Склоняешь существительное, а это самое "его", "ее" или "их" торчит как конвоир над работающим арестантом или как часовой у бывшего мавзолея. "Они работали вдвоем, но она забыла свои инструменты, и ей пришлось рубить его топором" - уже этой двусмысленности хватило бы, чтобы что-то менять. Чем плохи, чем противоречат основам русского языка несуществующие местоимения "егойный", "ейный" и "ихний"? В просторечиях и диалектах они есть, а значит, народ-языкотворец уже кует эти инструменты. Дай бог, войдут в практику.
Ладно еще, а если таковое определение нужно к несклоняемому существительному присобачить, да еще в косвенном падеже? "Не найдя тряпки, поспешно вытерла пятно его кашне".
Я пока не готов кричать "долой несклоняемые!", но сократить их число стоит. Депо, пальто, кашпо и прочие иностранные слова с ударным "о" на конце - пожалте-ка на русификацию! По второму склонению падежные окончания прини-май! (Какаве и кофею приготовиться, кашне, плиссе и прочие гофре пусть пока задумаются).

Мечты, мечты...

По правилам науки

Тесть мой первый, светлая ему память, рассказывал, как на выпускном экзамене военно-медицинской академии в Ленинграде сидел старичок-генерал и всем выпускаемым задавал один и тот же вопрос:
- Вот вы сейчас получите назначение, прибудете в часть, и вам офицеры первым делом зададут вопрос: "Доктор, а чем медицина советует водку закусывать?" И вот что вы им будете отвечать?
Были ответы довольно смешные. Один выпускник развел серьезную биохимию и сделал вывод, что лучше всего сахаром. Я тогда задал вопрос:
- В. И.,  а вы что ответили?
- "Салом и огурцом".
Сказано было с интонацией человека, которого спросили, сколько будет дважды два - без малейшего размышления. Естественно, без тени сомнений. Меня так впечатлила эта интонация, что я запомнил правило.
,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,
Вчера мне позвонили хорошие люди и попросили забрать "пакетик яблочек", привезенных из своего сада. Выбрасывать жалко. Я и поехал, поверивши гисметео, что дождя не будет.
Он начался тут же, как я выехал. Потом, поняв, что деваться мне некуда, стал усиливаться медленно, постепенно, растягивая удовольствие, как истинный садист. Потекли по асфальту ручьи, и автомобилисты, ненавидящие всякую двухколесную сволочь, но чтущие уголовный кодекс, получили благословенную возможность окатывать меня фонтанами из-под колес. Примерно каждый пятый не отказал себе в этом удовольствии.
Пакетик оказался пятнадцатикилограммовым мешком, который я распихивал по сумкам (заодно яблочки отмылись). Обратно поехал другой дорогой, заплутал, промок, замерз и устал, как собака. Но у меня была цель.
И я ее достиг.
Горячий душ, сухое как порох полотенце.
Тарелка дымящегося борща, два толстых ломтя черного хлеба, два шмата хорошего украинского сала, здоровенные мазки горчицы. И два соленых огурца. И - чудом сохранившаяся в холодильнике недопитая бутылка.
Салом и огурцом. И еще раз - салом и огурцом. И еще раз - ими же.
И будет вам щастя.
Да здравствует наука!

Я опять это сделал!

Что именно?
Я лучше расскажу "как", тогда станет ясно, "что", а "зачем" даже и не возникнет. "Почему", правда, опять останется без ответа, но и бог с ним. "Если бы я мог ответить на все вопросы, мне было бы неинтересно жить" (С) Светлов.

Взял, я, значит, 1,5 кг чистейшей, нежнейшей телячьей вырезки. И, сняв с нея пленочки, почти незаметные, нарезал ея, голубушку, на тонкие пластинки поперек волокон, пластинки же, в свою очередь, на полосочки. Опять же, убирая все пленочки (фасции по-научному). Собачки следили за этой работой внимательно, но мясцо больно хорошее было, и мало им обрыбилось отходов.

А потом взял я 9 (девять) небольших луковиц и нарезал их то-о-онкими полукольцами. Внимание, вопрос: не проще ли было бы взять пару больших? Ответ: проще, но! Полукольца-то получились бы толстыми (широкими в смысле), а здесь вся штука в том, чтобы промариновались они должным образом.

И натер на крупной терке большую морковку. Она, зараза, изотропна, в отличие от луковиц, так что можно и большую.

А нарезанное мясцо сложил в большую эмалированную кастрюлю, добавил 1,5 чайной ложки соли и 7 тех же мерок НЕРАЗБАВЛЕННОЙ уксусной кислоты. (По канонам надо бы 9, да уж больно кисло получается -- по опыту знаю). Тщательно перемешав... Но перемешивание мясца с уксусной кислотой - это, как говорил Н. Коржавин, не акт, а процесс. Делать сие надо исключительно рукой, никак не ложкой. Только чуткие пальцы могут добыть все пытающиеся спрятаться от маринования кусочки со дна кастрюли, только сладострастное сжатие горсти заставит оные кусочки выпустить сок и с наслаждением впитать в себя маринад. И лишь когда от паров кислоты мясо равномерно меняет цвет, а у кулинара слизистые ноздрей и глаз пустят сок страдания и наслаждения, тогда только можно вынуть из кастрюли руку - усталую, но довольную. Вот это и называется "тщательно перемешав".

А потом укрыть истомленное мясцо одеялом из лука и морковочки, притоптать малость, чтобы пары, значится, кислоты не уходили зря, накрыть это крышкой и поставить в холодильник.

Да что вспоминать? Это было вчера. Настоящий пир духа начался сегодня.

В маленькую эмалированную кастрюльку налив 250 мл подсолнечного масла, поставил я ее на огонь. Сначала масло булькало, отдавая воду, потом замолчало. А потом над ним завился синий дымок. Вот этот-то момент и надо было поймать!

И я поймал его. И медленно, тонкой струйкой влил это самое масло в зашипевший от восторга и возмущения лук на мясе! При этом перемешивая, а перемешивать надо, как описано выше, чтобы горячее масло обняло каждый кусочек, отдавая ему свой жар. Очень желательно, чтобы термовоздействию подвергалось только мясо телячьей вырезки, а не собственной руки. Как правильно говорил капитан Мышлаевский, "достигается упражнением". У меня уже получается.

И тут же, сразу, взяв предварительно нарезанный лук, -- на сковородку его! Лука столько же, сколько уже положено было при мариновании, но этот должен быть поджарен до золотистого цвета... ну, это всякий знает, как жарить лук. И туда же его, в кастрюльку, и перемешать, перемешать, перемешать, -- до полной гомогенности. И морковку поджарить, мелко нарезанную или натертую на терке, столько же, сколько уже положил сырой. И снова тот же сексуально-кулинарный акт!

И если не слишком одержим антисемитизмом, то... да, правильно. Две-три дольки чесночка, раздавленного или натертого на терке -- туда же. И тщательно... ну, понятно.

Вот теперь - самое главное. Берешь соевый соус... какой именно? А хрен его знает. Когда мне впервые дали рецепт этого яства, соевый соус был только один - если был. Доставали его, занимая друг у друга. Откуда он брался, никто уже и не вспомнит. Это сейчас их до хрена. Так что я пробую разные. Этот вот, который только что был у меня в руках, называется "стебель бамбука - соевый соус с перцем". Только поэтому я не стал добавлять перец отдельно, хотя по рецептуре требуется.

Да, так вот. Берешь соевый соус, столовую ложку, и добавляешь его -- соус, значит, -- в это самое мясо. По столовой ложке. Гомогенизируешь (понятно как?) и пробуешь. Добавляешь -- гомогенизируешь -- пробуешь. И в какой-то момент понимаешь -- чувствуешь -- осознаешь: вот оно. Предыдущей ложки было еще мало, следующая будет лишней. Пробуешь. Накрываешь крышкой. И...

Что "И..."? Вот в том-то и дело. Можно сразу подавать на стол. Но гости-то, для коих это делалось, придут только завтра! А хе -- да, именно так называется получившийся продукт, -- хе у меня вышло сегодня обалденнейшее! И пусть я его сожрал туеву хучу, пока пробовал, все равно еще хочется.

И вот, я смирил себя усилием воли: закрыл кастрюлю крышкой и поставил в холодильник! Но, поскольку человек слаб, а соблазн велик, пришлось подстраховаться: кастрюлю засунуть куда поглубже, а на передний план поставить большую миску с котлетами! Домашними. Самодельными. Вкусными. Гениальность защиты в том, что теперь я не доберусь до хе, пока не сожру всех котлет, а их даже для меня много.

Примерно с той же целью и написан данный пост. Сублимация по-научному. "Вот так же он и пил, как стрелялся, ваш тайный советник. Мефистофель выпьет - а ему хорошо, старому псу. Фауст добавит - а он, старый хрен, уже лыка не вяжет".

Вот так и я. Писал этот пост "и в творчестве желание изжил".

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel