Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Котище

Повторение старого

Наткнулся на собственную запись шестнадцатилетней давности. "Никто в Ершалаиме меня тогда не знал", и потому ответов не было совсем. Повторю-ка я эту загадку:

ЧГК?



В этой романтической повести русского писателя позапрошлого века все как надо. Герой, возвращающийся в родовое гнездо после военных трудов, встреча на постоялом дворе с богатым и знатным вельможей (с которым вражда по поводу того же родового имения), приезд домой, пир у вельможи, появление его дочки...

Как и положено, рукопись обрывается по причинам, лежащим вне интриги, да так, что ни в какой Сарагосе ее уже не найти.

Внимание, вопрос: что случилось с концом рукописи?

ПС: так как тогда угадала одна только mochalkina, да и та после подсказки, я эту подсказку приведу сразу:
----
Эта повесть появилась не одна, а в сборнике от лица человека, коему литературный труд не свойствен и с его точки зрения несколько неприличен. Тем не менее, кроме упомянутого мною там есть еще многие достойные романтика сюжеты. Например, про героя, который, не убоявшись ни нечистой силы, ни владык мира сего, выполнил каприз прекрасной девы, да так, что рыцарь Делорж отдыхает, если не помер от зависти.
Котище

С разрешения автора

Дико балдею от стилизаций под Киплинга и от внутренних рифм.
Вот что мне позволено было вынести из-под замка без указания автора:

--------------------
Подражание классикам

Какой бы сердцу сюжет ни люб, какой ни мил антураж --
Хоть, скажем, тихий и сельский клуб, хоть летний веселый пляж,
Хоть брызги праздничной кутерьмы концерта для малышей –
Героя сразу приметим мы по форме его ушей.
Как знак победы они торчат, и знаем и ты, и я:
Где он, там в мире уют и лад, гармония бытия.
Цветы политы, покормлен кот, и обихожен быт,
И ласточка (или другой удод) в сени с весной летит.
Он идеален со всех сторон, несет он добро и свет…
Но, даже светлый, не может он один продвигать сюжет.
Как в сказке встает пред травою лист, как рыщет в Эдеме Змей,
Канону нужен антагонист. С каноном спорить не смей.
Тогда лишь выйдет из сказки толк, коль в розах шип посреди.
Так появляется серый волк в заставке «Ну погоди».
Вглядись же, зритель, в него, пока выходит он на помост.
О, как походка его легка, как сер и подвижен хвост!
Его харизма – твердое «семь» всемирной шкалы харизм,
И излучает собой он всем безудержный оптимизм.
Он носит джинсы (конечно, клеш), дешевый смолит табак,
Он воплощает (и тем хорош) народный извод стиляг,
И в целом парень совсем простой: кино, вино, домино,
Сгодился б на стандарт золотой, когда б не большое но…
Как только завидит героя он, буквально искрит из глаз,
В зайчике для него заключен вечный как мир соблазн.
И силы бороться с соблазном несть, и выход один лишь – пасть.
Утратив разум (уж сколько есть), он мчится, разинув пасть.
Пусть восклицает толпа – злодей! Но я отвечаю так:
Жертва он собственных сверхидей, мечтатель, а не маньяк.

Оставь же, зритель, пустой укор, с почтеньем должным гляди,
Как мчится, карме наперекор, храбрец из «Ну погоди!».
Котище

Из комментов

В предыдущем посте зашел разговор, как берут какую-нибудь пошлейшую банальность и объявляют цитатой, скажем, из Шекспира. Вот в связи с этим есть у меня предложение:
Берем известную фразу из девачкового дневника: "Меня трудно найти, легко потерять и невозможно забыть", выбираем для этой цитаты классического автора и указываем, кем и кому фраза сказана. Навскидку:
а) Гомер.
а1) Елена — Менелаю
а2) Патрокл — Ахиллу

б) Шекспир. Тут много:
б1) Офелия — Гамлету
б2) Гертруда — Клавдию
б3) Гамлет — Розенкранцу и Гильденстерну
б4) Розалинда — Ромео

в) Достоевский
в1) Настасья Филипповна - всем подряд, начиная с Тоцкого и кончая Рогожиным.
в2) Макар Девушкин - адресату своих писем

Дописываем?
Котище

сверхпраздное

Когда нет работы, а с голоду не подыхаешь, ее очень лень искать, но чем-то заняться надо, вот и пытаюсь читать испанские книжки. Когда-то давным-давно, при первом еще контакте с этим языком, непривычным показалось отсутствие обращения на "вы": либо "ты", либо "ваша милость" в третьем лице (позже я узнал, что в польском точно так же - "пан", "пани", "панство", и тоже в третьем лице).
Ну так вот, читаю я себе рассказик, написанный в конце девятнадцатого века про век пятнадцатый. Никаких там устедов и устедесов; камеристка, старый слуга или молодой дворянин обращаются к хозяйке замка почтительно, но на "ты". Видимо, автор мне показывает, что в те времена этой вежливой формы еще не было. И вдруг в середине рассказа эта самая хозяйка, отбривая старшего родственника (и он ей что-то вроде сюзерена), вздумавшего ее поучать, называет его исключительно на "вы" - местоимение os и все глагольные формы во втором лице множественного числа.
Значит, пыталась возникнуть такая форма обращения? И быстренько раскрутилась до "вашей милости"? Или это какой-то особый штрих взаимодействия, что-то означающий? Пытался по этому поводу что-нибудь нагуглить, но безрезультатно - тут надо и языки знать, и чтобы в гугле не забанили.
*Интересно, кстати, как такой вот штрих передать в переводе, но это уже совсем праздный вопрос*
Котище

За хелпом

Контекст:
Мишель Дин написала сборник биографий некоторых выдающихся женщин. В главе, посвященной Мэри Маккарти, описывается случай, как Маккарти с соавторшей писали "рецензии на рецензентов" - в течение нескольких больших выпусков драконили американскую книжную критику. Реакция на это была более или менее ожидаемая, в частности:

Franklin P. Adams, who’d been one of Parker’s early fans, complained, “The girls remind us of what Old Hen Strauss used to say of some man whose name we forget: ‘He’s the most even-tempered man in Chicago; always mad.’”

Здесь все понятно, кроме того, кто эта "Старая Курица Страус (Штраус?)". Гугл при поиске "Old Hen Strauss" выдает две ссылки: одна на книжку Дин, другая - на Oakland Tribune за 17 декабря 1935 - то есть, видимо, на этого самого Адамса. Поиск по его фразе приводит туда же.

Parker - Дороти Паркер, одна из героинь книги. О ней речь шла в предыдущих главах. Вряд ли Адамс имел в виду ее, хотя тогда непонятно, зачем о ней в тексте вспоминать.

Any ideas?
Котище

Народное литературоведение

Неленивые пенсионеры, оставшись без работы, вооружаются лупой, вспоминают полузабытые буковы и перечитывают классику. Сделанными открытиями делятся с Академией Наук, с друзьями и соседями или держат при себе, чтобы плагиаторы не украли - диктуется сочетанием и борьбой славолюбия и старческой подозрительности.
В наше время появились еще и соцсети, так что ежели буковы не только читать, но и писать вспомнить, можно делиться с Урбом Эторбом, если он не успеет увернуться. Сегодня у нас сумасшедшие открытия любителя, найденные им в тексте "Пиковой дамы" одноименной повести АСПушкина.
Наверняка лишь ленивый не отмечал, что тройку и семерку - да и туза, как станет ясно из дальнейшего, - Германн (тут надо как-то скромно подчеркнуть, что автор понимает за два "н") знал задолго до всяческой старухи. Цифры "1", "3" и "7" у него в мыслях поселились давно и прочно. Припомним, чего он сам себе резонит, гуляя по городу после рассказа Томского*? А вот что: "Нет! расчет, умеренность и трудолюбие: вот мои три верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал и доставит мне покой и независимость!"
А откуда они взялись, эти цифры? Да из онанизма возле игорного стола. Не нравится это слово - назовем вуайеризмом. "Сильно занятый игрой" Германн смотрел, сколько человек ставит, сколько он получает при выигрыше - семпель, пароли, пароли-пе. Все просто. Поставил деньги, в первый раз получил свою ставку и еще столько же. Во второй раз - вчетверо. В третий раз - в целых восемь раз больше! Убрал свои кровные куда подальше и стоит, держит в руках чистую прибыль, пересчитывает. В первый раз получил один к одному, как очко на тузе. Во второй раз - три к одному, и в третий раз - семь к одному! Числа эти, один, три, семь, видятся перед глазами как карты... Германну, каждый свободный вечер торчащему возле стола, провожающему взглядом карты и деньги, давно уже они примелькались, давно и бессознательно выделялись из общего фона фосок и онеров. Один, три, семь. Туз, тройка, семерка. Естественно, эти числа и пришли Германну под поехавшую крышу после рассказа Томского - мастера балконов и пальм.
Ну, а переместил он их (простейшей циклической перестановкой) понятно почему - не может магический ритуал быть слишком простым, числа надо перетасовать. Причем так, чтобы ни одно на месте не осталось. Готово дело, теперь осталось только появиться старухе и, как теперь говорят, озвучить. Заодно и больную совесть подуспокоить упоминанием про Лизавету Иванну.
А рассказчик парижской истории сбрызнул из Великой Русской Литературы лет на сто с лишним, чтобы вынырнуть как из табакерки во второй столице, снова ставшей Первой. Только перед этим, сдается мне, заглянул он инкогнито в компанию "славного Чекалинского". Конечно, полубезумный Германн и сам мог обдернуться, но не в обычае "князя Павла" пускать такие вещи на самотек.

----------------------
*Тоже, кстати, интереснейший персонаж. Появляется без представления ("сказал Томский"), оказывается внуком Анны Федотовны (кстати, для любителей Анны-де-Бейль-на-шее-Карениной-маслопроливающей: надо бы старую графиню включить в цепочку), но не графом, а князем почему-то. Но даже не это интересно, и не то, с каким литературным мастерством рассказывает князь о бабушке в Париже, а вот что: откуда он знает все подробности? Бабушка, практически никому своей тайны не открывшая, детально пересказала внучонку разговоры с мужем и графом Сен-Жерменом? И как дедушка получил пощечину и был отправлен спать в другую комнату, и как потом счеты принес и показал издержки, и... Вряд ли. Так что, выходит, сам видел и балкон и пальмы? Не знаю, не знаю.
Котище

О классиках

Честно говоря, никогда не был в восторге от прозы Бунина ("она, через плечо, вакхически подставила ему губы"). Но вот современный маститый писатель написал сиквел-фанфик к бунинской "Иде". Прочел с интересом, а потом пошел читать оригинал. Действительно талантлив был Иван Алексеич!
Или вот опять же начал я читать двухтомный роман маститейшего детективщика - и зачитался. Первые две с половиной страницы, и тут возникло впечатление, что на полном ходу автомобиля бетонка сменилась... нет, не проселком в лужах, но гравием. А это кончилась длинная цитата из Куприна и начался авторский текст, давший совсем иную жизнь липовому штабс-капитану.
А то как-то стал читать предисловие, которое написал к одной своей вещи тандем двух украинских фантастов. Читаю и думаю: ах, молодцы! Когда ж это они так писать научились, а я и не заметил. Если предисловие такое, так что ж в книжке будет!
Но тут цитата из Вальтер-Скотта кончилась.
А жаль.
Котище

Поздравление

Когда я только пришел в жж, мне очень понравилось, что здесь поздравляют френдов с днем рождения. Очень приятно говорить хорошему человеку, что он хороший, и объяснять, за что мы его любим.
Третьего августа всегда было радостно поздравить Алену the_mockturtle. Когда она здесь писала, то уж точно "смех и радость" приносила людям. Ее стихи и песни, ее стилизации расхватывали на пословицы, они уходили кочевать по интернету, меняли автора, их добродетельные плагиаторы исправляли по своему вкусу, и все равно оставалось хорошо.
Не знаю, где она теперь, что делает. Очень надеюсь, что не пишет она больше потому, что просто переросла эту нашу стариковскую песочницу. Может, ушла в фб, как многие туда уходят.
Но праздник остается праздником, и я сегодня желаю ей всего того, чего ей пока еще в жизни не хватает. Пусть все у нее будет как можно лучше.
Котище

Литературное

У френдессы mithrilian очень интересное обсуждение "Дома с мезонином", г-на Чехова сочинение. Несколько жж-юзериц, умных и решительных, абсолютно на стороне сестры Лиды, которая поступила совершенно правильно, прервав роман дурочки-сестры с богемствующим трепливым бездельником.
Мне вспомнилась одна история почему-то.
Как-то лет пятьдесят назад с шутливого упоминания о том, что теща - комический персонаж, а свекровь - трагический, начался разговор о свекровях в русской литературе. Вспомнили Кабаниху, естественно, потом Вассу Железнову - как она своего мужа отравиться заставила. И тут тихо выступила одна интеллигентная женщина, чудесный врач, серьезный ученый, наследница старинной купеческой семьи.
- А что же с ним было делать? - сказала она очень просто.
Котище

Праздная мысль

Примечания бывают разные. Наверное, не объяснить непонятное, не дать перевод иноязычного слова, не объяснить упоминание исторических событий, не всем читателям известных, - это хуже, чем пояснять очевидное. И все же...
В издании "Педагогической поэмы" 2003 года вступительная статья, примечания и комментарии С. С. Невской. Такие точные, такие подробные и по делу, такая проделана огромная работа, что ничего, казалось бы, кроме респекта, выразить нельзя. Но вот:
-------------------------
43) Пушкин Александр Сергеевич (1799 -- 1837), великий русский писатель и поэт, родоначальник новой русской литературы, создатель русского литературного языка.
-------------------------
Как пишет последнее время в ФБ Юрий Васильев, "И не поспоришь".

Подобные же пояснения к упоминаниям Карла Маркса, Наполеона, Павлова, Петлюры, Троцкого (не удержусь, приведу: (Троцкий Лев Давыдович (1879 - 1940) - партийный деятель. В 1929 г. эмигрировал, убит в Мексике). *Прекрасно все, но особенно мне нравится это "убит в Мексике". Видимо, в пьяной драке*).


Но вот в другом месте другой комментарий, вызывающий действительно лютое уважение. Рассказ Чехова "Произведение искусства" - как благодарный пациент преподнес доктору бронзовый подсвечник с невероятно фривольными скульптурами ню. Начинается он так:

Держа под мышкой что-то, завернутое в 223-й нумер «Биржевых ведомостей», Саша Смирнов, единственный сын у матери, сделал кислое лицо и вошел в кабинет доктора Кошелькова.

Казалось бы, какая разница, что там во что завернуто? Но вот примечание

Стр. 447. ...223-й нумер «Биржевых ведомостей»... — Здесь печаталось продолжение фельетона «В мире художников — роман из парижской жизни Эмиля Золя» — о печальной судьбе художника, увлекавшегося изображением обнаженного женского тела.

Нашелся человек, который не только зацепился глазом за эту деталь (казалось бы, случайную), но и сумел раскопать, что там было в этом номере и как это соотносится с рассказом.

Вот тут уже респект без оговорок.